О молодости лесов Дальневосточной тайги

В последнее время на фоне тотального и повального увлечения альтернативными историями, в интернете начала гулять довольно интересная статья, в которой затронуты многие интересные вопросы. Но в частности там идёт речь о том, что в России нет лесов старше 200 лет, и намёк, что это результат неких великих войн прошлого, о которых нам не сообщают или нас специально дезинформируют. Первоисточник найти сложно. Но вот одна из ссылок находится например здесь. Мне понятна твоя вековая печаль

Честно сказать, ещё сразу же после прочтения, я прикинул:

1. количество деревень на западе России (я видел это собственными глазами, летя на самолёте, когда везде, куда только достаёт глаза светятся неказистые, малые но всё же деревни/поместья/ бывшие усадьбы, как шахматы - на Дальнем Востоке и вообще до Урала такого нет и в помине).


2. Количесвто дров, которое использует каждое крестьянское хозяйство в год.


3. Количество пожаров


4. Количество леса на тотальную постройку изб и расчистку пашен и


5. Количество леса на экспорт в прошлом.

И в общем-то у меня к раз и получились соответствующие цифры, что деревьев на западе России старше 200 лет просто быть не должно - он просто не успевают вырастать.

Правда про Дальний Восток я не был на столько уверен, пока не попалась мне в руки книга Ивана Егорчева о секретных экспедициях Арсеньева, а в ней приведена записка Арсеньева, посвящённая, как бы сейчас сказали "насущным экологическим проблемам", написанная Владимиров Клавдиевичем всего через 7 лет после его экспедиций по "девственной тайге" 1906 года. Начало сей записки уже впечатляет:

«Что сталось с той великолепной девственной тайгою, которая как шатром покрывала всё Приамурье…»

- Пожалуй дальше уже и писать ничего не надо – всё становится понятно. Но приведём и ещё отрывки:

"Тайгу жгут сами русские! Лесные пожары начались на моих глазах и именно с момента массового переселения русских, т.е. с 1906 года. Степняки малороссы, переселившиеся в Уссурийский край, не любят тайгу, тяготятся ею и уничтожают её нещадно и не столько топором, сколько пожарами.

Теперь в прибрежном районе и далеко к западу от Сихотэ-Алиня все горные хребты и все долины совершенно оголены от леса. Для новых пожаров в буквальном смысле здесь нет более материала для огня… Какой разговор может быть о лесоустройстве, когда сгорает весь молодняк, сгорает всё то, что успевает засеяться за годы, сгорает старый лес и от таксаторских просек не остаётся и следа.» - и всё в том же духе.

А теперь добавим сюда ещё и книгу Джанси Кимонко «Там, где бежит Сукпай» и его воспоминания об ужасном пожаре кажется 1905 года (могу ошибаться), когда Удэгейцы накрывались лодками и прятались в реке, спасаясь от пожара, а река была на столько горячей от огня, что даже рыба всплывала кверху брюхом. По словам Джанси, это сделали Японцы. Но вспоминая слова Арсеньева – уже усомнишься, Японцы ли? А может всё также - сами Русские?

Таким образом, господа туристы, подавляющее большинство просторов тайги, по которой мы бродим, – это уже тайга восстановившаяся за 100 с лишним лет, выросшая на пожарищах, прошедшая несколько стадий восстановления. И получается, что и в нашей тайге довольно трудно найти очень старые деревья. И нет тут никаких козней «официальных историков» или какого-то мирового заговора, а есть обыкновенная безолаберность и страх перед могучей тайгой крестьян прошлого.

А что касается самой статьи, указанной выше, то меня там всё же более интересует совсем иной вопрос: почему лесополосы наклонены под таким большим углом к северу. За ближайшие 200-300 лет магнитный северный полюс никогда не смещался так далеко от географического.  Вот эта загадочка в чём-то будет даже по-интереснее.