chispa1707 (chispa1707) wrote,
chispa1707
chispa1707

Category:

Адреналиновые истории-8. "Туземное... "

Оригинал взят у radmirkilmatov в Адреналиновые истории-8. "Туземное... "
Февраль 2002. Сидней. New South Wales. Australia.

В приемной комиссии местного университета действительно засмеялись над моими документами. Но оказалось, совсем не из-за возраста: ведь сами австралийцы только на четвертом десятке иногда берутся за ум…

Выяснилось, что я заявил самые сложные курсы разных кафедр. Директор комиссии шутя заметил, что получают диплом проще. А если я русский шпион, то могу просто купить для Кремля учебники. Для русских шпионов у них есть скидки…
Но обычную программу я уже знал… Меня интересовали тонкости и детали, которые незаметны со стороны.

Как я там оказался?
После пяти лет карьеры, работа стала вызывать сильное отвращение. Раздражало все: задания, люди, кабинеты, вечера, ночи. Не радовало ничто. Не секрет, что любая карьера 1) в банке, 2) в финансах, 3) да и карьера вообще – требует себя вести порой, как «полное говно». Но подсознанию и самолюбию нужны такие ориентиры, в которые можно верить.
Словом, сознание и подсознание словно договорились – и не давали работать. Надо было «поправить настройки», соскучиться по работе и отдохнуть – с пользой. Потому Сидней, English, серфинг, клубы… ну и МВА.


Австралия изнутри совсем не похожа на свою глянцевую «упаковку». Это немного и одновременно сильно «шизанутая» страна. Полвека назад их премьер министр (современник Брежнева) решил искупаться в шторм – и просто пропал.
При безбашенности, они дико везучие. На севере в Дарвине была история. Группа подвыпившей молодежи посреди ночи пошла купаться в озере по соседству. Делали они это, понятно, по-быстрому, чтобы не сожрали крокодилы. Двум десяткам австралийцев – как ни в чем не бывало. Две немки исчезли.


На курсе Общего права было тридцать белых женщин, трое русских, один француз – и три сотни (300) китайцев из разных стран. Китайцы держались немного особняком, но при таком соотношении численности и мозгов – изгоями были белые.

Говорят, чтобы стать юристом, нужно с юристом переспать. Когда лекции идут «нон-стопом» и на чужом языке – само-собой случалось «закемарить» в окружении чувствовавших себя примерно так же китайцев. В итоге, кроме юриста – внутри вырос некий «внутренний китаец», который стал понимать логику чужой страны и даже их иероглифы.
Представляю, какая «хрень» могла попасть от меня в мозги к спящим китайцам…

Здесь можно рассказать много занимательных историй, что китайцы вблизи не представляют собой безликую аморфную массу, как некоторым кажется издалека. Параноидальные страхи китайского нашествия исчезают, когда видишь вблизи, как ругаются пекинцы с шанхайцами, как над этим смеются уханьцы, и что думают про все это хуацяо из-за рубежа. Там в шкафах полно скелетов, много своих «хохлов и кацапов», для которых австралийцы и русские (если они не полные идиоты) всегда будут родней «своих»…
Так наверно, везде.

Как-то включаю днем телевизор – в парламенте дебаты. Лидер оппозиции возмущался тем, что председатель Верховного суда штата многоуважаемый Джон Кирби накануне в самом грязном районе Сиднея снимал а) проститутку, б) несовершеннолетнюю, в) мужского пола – причем делал он это в СЛУЖЕБНОМ АВТОМОБИЛЕ(!). Все эти а), б) в) – как будто никого не интересовали, ну так… «постебаться». А служебный автомобиль для Высшего авторитета в личное время – был недопустим. Дебаты по поводу автомобиля шли две недели.

В нескольких районах Сиднея каждую ночь наркоманам раздавали бесплатные дозы метадона. Формально эфтаназия там была запрещена. Но фактически там она была легализована. Отложенная, растянутая на полгода, бездокументарная, и – намного более эффективная, чем та эфтаназия, о которой безнадежно просят те, кому она нужна.

Удивили их библиотечные архивы. Там не прятали ничего. И факты, которые буднично и обыденно происходили в Австралии в 1920-е/ 1930- е годы – поражали размахом и непосредственностью. За пару лет между мировыми войнами в Австралии стерилизовали все аборигенное население, прогнав более 200 тысяч, то есть, ВСЕХ аборигенов-мужчин через радиационные камеры. Те сразу потеряли репродуктивные способности и быстро скончались. Всех туземных детей национализировали, отняли от родителей и согнали в лагеря. Среди аборигенов сегодня остались только «полу-кровки» и квартероны. На этом наследстве они и живут.

Делали это австралийцы буднично, считая террор в порядке вещей. Можно верить любым мифам про репрессии в СССР, про бездушность и аморальность власти… Но документы говорили: именно таковы были нормы того аморального времени, и организаторы и практики самого страшного геноцида – всегда сидели в самых высоких кабинетах Парижа и Лондона за одним столом с лидерами и моральными авторитетами… И если там, наверху и ругались, то не из вопросов гуманности и подобных «мелочей»…

Австралийцы вели свою историю с конца 18-го века, но во всем Сиднее не было ни одного здания старше 1880-го года, да и другие «артефакты» местной истории убеждали – умение приврать у бывших каторжан было в крови. А красиво приврать… для «своих» это даже не обман и точно не преступление.

Одним словом, страна напоминала флаг Украины. Две половины: желтая и голубая. И голубая «половина» тоже была «сверху», над желтой…


Как учатся – там, и чем «оно» отличается от учебы здесь - это можно понять только на своей шкуре. В двух институтах было больше сотни экзаменов, учеником я был не самым примерным, с учетом пересдач, школы, вступительных – экзаменов было за полторы сотни. Меня отличал как раз опыт…
Но на первом же промежуточном экзамене, отвечая на пару вопросов, я вальяжно допустил легкий сарказм. Какой итог? 1 балл из 15. При среднем балле 14. Неожиданно оказалось, что я могу не получить диплом.
Вас когда-то били по носу?
Не в молодости, а в зрелом возрасте,
И там, где было все просто и знакомо?
Оказалось, что я многое понимаю не правильно, там где знал все.
Дело в том, что австралийцы для себя использовали другое понятия в экономике. Не те, которым учили в России. Оказалось, что в мире есть отдельные правила игры: «для туземцев» - и для себя. И сами понимаете, где правила были более полными.


Для обучения пришлось напрячься, учиться… Пришлось отказываться от русских «образов». Понимать совсем другие принципы прецедентного и контрактного права.
Сложно меняться в начале четвертого десятка. Моряки подтвердят, что лучше всего работает тот парус, который открыт для ветра. Но если ты полностью откроешь ветру парус – может сломать мачту. Мою «мачту» трясло и сгибало… Чтобы пройти «уровень», надо было учиться на лекциях и просиживать часы в библиотеках.
Так напрягаться я не планировал… Отдых оказался весьма «своеобразным».


Пришлось поменять не только объем знаний, но и сменить для него координаты. А там оказались вещи, которые оказались довольно интересны. Эти координаты до России еще не дошли, и неизвестно еще – когда дойдут.


Их «Прецедентное право» оказалось документированными историями нарушений любых законов. Для австралийца закон – это не граница, а барьер. И не только потому, что они потомки каторжников, а потому, что так же думают англичане.
Мы изучали, как и при каких условиях нужно нарушать закон, чтобы мотивированно принять верные решения. Многочисленные примеры из учебников показывали, как «беззаконие» позволяет избежать заорганизованности, выявлять мошенников и обезоруживать манипуляторов.


Открытием оказалось применение потребительского права – для трудовых отношений. У нас считается, что трудовой контракт – особый договор, где из-за социальных принципов не действуют принципы контракта, точнее права одоих сторон.
А в Австралии акционеры, сама компания и «общество» имеют право требовать от менеджеров – качественной работы. В противном случае – суд, возврат денег, дисквалификация. Социальные нормы из трудового права – там не действуют когда идет речь о пренебрежении социальными правилами и откровенно «не-социальных» размеров вознаграждений.

Тем, кто возмущается тем, как в 90-е провели приватизацию и дурят мозги сказками про «рынок», была бы интересна система, которая позволяет законно и мотивированно «посадить» пустобрехов, мошенников и «прочих чубайсов» (в широком смысле этого слова). Словом, везде оказались разные правила игры: для независимых стран – и для колоний. Наши «верхи» тогда явно недотягивали до независимости. Толи генетически, толи потому что отдали ее часть – в обмен на гарантии и другие «цацки».


Удивили социальные ограничения – для бизнеса и для капитала. В России широко использовалась логика «все, что не запрещено – разрешено», что человек имеет право делать со своими деньгами – все, что вздумается.
Эта логика транслируемая и отстаиваемая здесь – там не действовала. Сокращение персонала, офф-шоризация бизнеса и вывод денег из экономики – были, скорее, преступлениями, чем нормой. И никакие прибыли или желания владельцев капитала не служили оправданием того, что какие-то критерии социального равновесия в обществе снизились.


У любой «правды» бывают разные уровни. «Правда» из университета сильно отличается от взглядов зрелого человека, который оценивает жизнь своим опытом и своей головой. Ему интересен реальный мир, другая перспектива, другая логика. Что может обычный студент понимать в логике экономики, ее развитии, путях выхода из поражений, поддержке конструктивного мнения и культуре оппонирования?…
Другая страна, другой опыт, но когда строится то же самое, нелепо брать «упаковку для туземцев» - не заглядывая внутрь, смотреть, как работает система.


Мы работали – так, как нас учили. И это было неправильно. На экономфаке МГУ использовали школу, которую называли «чикагской», но ее уроки были «туземными» и не выдерживали серьезного разбора. Зомбируя студентов и штампуя примитивных «экономистов-туземцев», не давая всей «правды» белого человека – лучшие университеты страны оказались рассадниками криминального примитивизма. Ощущение, что другая «правда» существует – подтвердилось.


«Капитализм» в России строился не столько по умным книгам, сколько на цитатах из фильмов про социальные извращения. Влияние фильма «Крестный отец» на капитализм в России было куда больше, чем влияние всех лауреатов Нобелевской премии по экономике, вместе взятых. Когда фильмы Копполы показывали в кинозале нашей общаги – зал был переполнен. Большинство из нас другого опыта про капитализм не получало.
Лауреаты Оскара учат жизни лучше, чем лауреаты Нобеля. И в России вместо рыночной экономики… но словом, что построили – то и построили.


Когда маски сброшены – что остается?
Офф-шорные схемы, который сопровождали в России весь крупный бизнес – в австралийских координатах были осуждаемой схемой мошенничества. В России на этой схеме удачно работали многочисленные «консультанты».
Клиентов разводили на создание и сопровождение не законных и не эффективных структур. Эти структуры красиво выглядели, давали их владельцам ощущение собственной значимости, и платили консультантам намного больше того, что они сделали, и что получили покупатели.
Пользы от офф-шоров было – столько же, как от таймшеров и гербалайфа.

В Австралии подобные схемы считались видами мошенничества. Уважаемые всемирные консультанты, их партнеры и работники – по меркам Австралии были организованной «беловоротничковой» преступностью, место которых в Сиднее чаще было за дверями, и не только приличных домов.


В Австралии ценят мошенников.
Их мир учит прощать слабости и глупости.
Они – их странное «нерукопожатное достояние»,
объект культурного наследия.
Алан Бонд стал героем Австралии в 1990-е, когда выиграл престижнейшую парусную гонку. Но его «подвиги» сделали его не только популярным, но и нерукопожатным. Когда человек разбрызгивает зеленую краску над пустыней, а потом «впаривает» эти территории японцам под застройку – это забавно, но и все равно, преступление.
Но это – в Австралии. И даже там – он «сидит».
А если сравнивать с нашими олигархами, есть одна существенная разница: что при прочих равных «в дури», слабостях и глупостях, подобный им австралийский жулик выиграл престижный чемпионат мира. И если «дурил», то только чужих.


Американские советники, сидевшие во всех московских министерствах, консалтинговых компаниях и компаниях фондового рынка – действовали как «разводчики на доверии», и проводили эффектную, но не эффективную «нуар-версию» бизнеса.
Схема была как большая бомба «замедленного действия». Вся экономика оказалась скуплена офф-шорами за бесценок, с нарушением «законов белого человека». То есть оказалась за пределами государства. Этот внешний долг в разы превышает ВВП. Это рычаг может всегда обрушить рубль и экономику. Выход из «отложенного коллапса» только один: если офф-шоры «подарят» свои активы – реальным бенефициарам. Или имущество офф-шоров должно быть национализировано/ арестовано на 20 лет. Или придется вводить «квази-деньги», не имеющие отношения к обанкротившейся идее фондового рынка «чикагского разлива».
А кто сказал, что «экономическая свобода» - это не ловушка?



С грузом новых знаний и мыслей – я вернулся в Москву.
Почему я не остался там?
«Нельзя унести родину на каблуках своих сапог», – говорят, сказал Дантон за несколько часов до ареста, когда ему предложили покинуть страну, сообщив, что гнев Робеспьера очень скоро настигнет его.

Там не с кем было выпить. Все русские эмигранты в Австралии страшно ненавидели Россию, завидовали ее переменам, и скрытно сожалели о своем выборе.
Они оправдывали свою эмиграцию тем, что в Австралии будет хорошо их детям. Но в Австралии все они очутились на пару ступеней в социальной лестнице ниже, чем были в СССР. И когда на Родине начались перемены – оказалось, что именно для детей как раз стоило потерпеть…

Парадная витрина – была для них «оберткой» отнюдь не от конфеты. И выбор австралийской родины у них оказался, скорее, истерикой, провокацией, чем осознанным действием.
А что до будущего русских детей в Австралии… через 20 лет эмиграции среди молодого поколения 95% отупело, сидело на наркоте или вообще не общалось с предками. Но обрыв «корней» всегда одинаково отражается на плодах.

Австралия оказалась позади.
В Москве для настроения – пить не нужно.
Зря говорят: Родина не лечит…
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 5 comments